Magic is Might

Переводчик: Бастет Редактор: Blanca

Магия - это власть
Август высох и износился, как и растрепанная трава на странном квадратике земли в центре Grimmauld Place, которая пожухла на солнце и стала хрупкой и бурой. Обитатели дома номер 12 оставались невидимы для всех, кто проживал поблизости, невидимы, как и сам дом номер 12. Маглы с площади Grimmauld Place уже давно свыклись с такой причудой арифметики, что за номером 11 в ряду домов следовал сразу номер 13.
Однако теперь на площадь тянулся тонкий ручеек зевак, которых, казалось, чрезвычайно занимала эта странность. Не проходило и дня, чтобы один-два человека не приехали на Grimmauld Place с виду только затем, чтобы постоять облокотившись на ограду перед домами 11 и 13, разглядывая место, разделявшее эти два строения. Наблюдатели постоянно менялись, ни один из них не приехал дважды, но нечто общее у них все же было - всех объединяла явная неприязнь к нормальной одежде. Жители Лондона в большинстве своем привыкли к эксцентричным нарядам и не обращали на это особого внимания, хотя время от времени прохожие оглядывались, недоумевая, кому это могло прийти в голову напялить длинную мантию в такую жару.
По всему было ясно, что наблюдателей совсем не удовлетворяют результаты их усилий. Бывало, что кто-то из них энергично подавался вперед, как будто увидев наконец нечто интересное, но только для того, чтобы тут же разочарованно вернуться в исходное положение.

В первый день сентября паломничество на площадь приняло особенный размах. Пять или шесть молчаливых фигур в длинных мантиях неподвижно стояли возле домов 11 и 13, вглядываясь в разделяющий их промежуток, хотя, похоже, предмет их наблюдения оставался все таким же эфемерным. Вечером впервые после долгого перерыва пролился холодный дождь, и один раз, наблюдатели, казалось, были вознаграждены за настойчивость, увидев нечто интересное. Мужчина с острыми ассимметричными чертами лица и стоявший рядом бледный рыхлый толстяк сделали непроизвольное движение вперед – но мгновение спустя уже были как и прежде неподвижны и выглядели чрезвычайно разочарованными.
Как раз в это время Гарри прошел в зал дома номер 12. Он почти потерял равновесие, когда аппарировал на верхнюю ступеньку перед входной дверью, и пожиратели могли заметить его локоть из-под откинувшейся мантии. Он аккуратно закрыл за собой дверь, и держа мантию на руке и поспешил через мрачный зал к двери, которая вела вниз, в кухню. В руке он сжимал экземпляр Daily Prophet.
Его приветствовал знакомый шепот “Северус Снейп”, окатила волна леденящего воздуха, и на мгновение язык как будто прилип к небу.
Я не убивал тебя, - бросил он, когда обрел дар речи, потом задержал дыхание и магическая фигура из пыли как будто взорвалась изнутри. Но все же только наполовину спустившись в кухню, откуда его голос уже не достигал ушей миссис Блэк, он произнес:
Есть новости, и они вам не понравятся.
Кухню просто нельзя было узнать. Здесь все сияло. Медные кастрюли и сковородки были начищены до блеска; даже деревянный стол как будто светился; кубки и тарелки на столе, уже накрытом к ужину, отбрасывали ярки блики в свете веселого огня, над которым висел кипящий котелок. Однако все это не шло ни в какое сравнение с тем, как преобразился домашний эльф, который сейчас торопился навстречу Гарри. Он нарядился в белоснежное полотенце, из вычищенных ушей торчали не отвратительные волосы, а пушистая шерстка, а на тощей груди болтался медальон Регулуса.
- Не угодно ли переобуться, хозяин Гарри, не угодно ли помыть руки перед ужином, - засуетился Кричер. Он завладел Мантией-невидимкой и поволок ее к вешалке на стене, где уже висело несколько свежевыстиранных старомодных мантий.
- Что ещё? - испуганно произнес Рон. Они с Гермионой как раз укладывали на полку исписанные от руки листки и самодельные карты, которыми был завален один край длинного кухонного стола, но бросили это занятие и не отрывали глаз от Гарри, которые стремительно пересек кухню и бросил газету поверх кучи пергаментов.
С большой фотографии на них смотрел так хорошо знакомый человек с крючковатым носом и неопрятными черными волосами. Сверху на заголовке было написано:
Нет! - одновременно вскрикнули Рон и Гермиона.
Ее реакция оказалась быстрее; схватив газету она принялась читать вслух статью под фотографией.
“Северус Сней, долгое время занимавший пост профессора зелий в Школе Hogwarts School of Witchcraft and wizardry, назначен сегодня директором этого учебного заведения. Это назначение стало наиболее важным в ряду кадровых перестановок, произведенных в этой уважаемой старинной школе. После отказа от должности преподавателя Muggle Studies, это место занял Алекто Кэрроу. Ее брат, Амикус Кэрроу получил должность профессора Защиты от темных искусств.
“Я счастлив предоставившейся мне возможности содействовать укреплению лучших колдовских традиций и ценностей…”
- Вроде убийства или отсекания ушей. Снейп – директор! Снейп в кабинете Дамблдора! Это же… Мерлины подвязки… - выругалась Гермиона, отчего Гарри и Рон непроизвольно подпрыгнули. Она отскочила от стола и унеслась из кухни, крикнув: “Я сейчас!”
- Мерлины… что?! - повторил Рон изумленно. - Сильно же ее пробрало.
Он взял газету сам и углубился в статью про Снейпа.
- Другие учителя этого не потерпят. Макгонагал, и Флитвик, и Спраут – они же знают все правду, они же знают, как умер Дамблдор. Они не потерпят, чтобы Снейп был директором. И что это за Кэрроузы такие?
- Пожиратели, - сказал Гарри. - Там дальше есть и их портреты. Они были на башне, когда Снейп убил Дамблдора, они все одна шайка. Только, - в голосе Гарри появилась горечь, - другим-то пожалуй ничего не остается, как продолжать работать. Если Снейпа поддерживает министерство и Волдеморт, у учителей только один выбор – оставаться, или провести годы в Азкабане… да и то, если повезет. Нет, я думаю они останутся и постараются защитить учеников.
За столом уже суетился Кричер с большим *curcen* в руках. Он разливал суп по белоснежным тарелкам, насвистывая сквозь зубы.
- Спасибо, Кричер, - сказал Гарри, переворачивая газету, чтобы не смотреть Снейу в лицо. - Ну, теперь мы хотя бы знаем, где Снейп сейчас.
Он принялся за суп. Стряпня Кричера стала несравненно лучше после того, как он получил медальон Регулуса. Такого лукового супа, какой эльф приготовил сегодня, Гарри еще не пробовал.
- Там все еще полно Пожирателей. Наблюдают, - сообщил он Рону, уплетая суп. - Их даже больше, чем обычно. Надеются, что мы все отправимся маршем с чемоданами на Хогвартс Экспресс.
Рон глянул на часы.
- А я целый день об этом думаю. Шесть часов уже. Так странно, что мы не там…
Перед глазами Гарри всплыла знакомая картина – алый паровоз далеко внизу, поезд, скользящий меж холмов и полей как блестящая красная гусеница . Тогда они с Роном отправились за ним в погоню по воздуху. Еще Гарри представил себе, как Джинни, Нэвилл и Луна сидят вместе, гадая, наверное, где могут быть сейчас он, Рон и Гермиона или строя планы будущей подпольной борьбы против режима Снейпа.
- Они почти заметили меня, когда я возвращался сейчас, - добавил Гарри. - Я неудачно приземлился на вернюю ступеньку, и мантия откинулась.
- Со мной так всегда. Ну, вот и она! - воскликнул Рон, приподнимаясь, чтобы взглянуть на Гермиону, возвратившуюся в кухню. - А чего это вдруг ты стала поминать… детали одежды Мерлина?
Я вспомнила вот про это, - выдохнула Гермиона.
Она притащила большой тяжелый портрет в раме, поставила его на пол и пошла к кухонному буфету за своей небольшой вышитой бисером сумкой. С некоторым усилием Гермиона принялась запихивать портрет в мешок, несмотря на слишком очевидную разницу в размерах. Однако всего через несколько секунд картина растворилась в недрах этой маленькой снаружи, но весьма вместительной сумочки.
- Финеас Нигеллус, - пояснила она, швыряя сумку на кухонный стол. Она издала знакомый громкий лязг.
- Чего? - не понял Рон, хотя Гарри уже сооразил, в чем дело. Нарисованный Финеас Нигеллус мог путешествовать из своего портрета на Grimmauld Place в тот, что висел в кабинете директора в Хогвартсе, в круглой cower-top* комнате, где сейчас, без всякого сомнения бесцеремонно устраивался Снейп. Наверное, он чувствовал себя триумфатором, вступая во владение изысканной коллекцией тончайших серебряных магических инструментов Дамблдора, каменным Pensieve, Сортировочной Шляпой, и, если только никто не спрятал его где-нибудь в надежном месте, мечом Гриффиндора.
- Снейп мог был послать Финеаса Нигеллуса сюда, приглядывать за домом, - объяснила Гермиона Рону, возвратившись на свое место за столом. - Вот пусть и попробует. Теперь Финеас Нигеллус сможет ему рассказать только про внутренности моей сумки.
Какая же ты умная! - восхитился Рон. Предусмотрительность подруги произвела на него впечатление.
- Спасибо, - улыбнулась Гермиона, придвигая к себе тарелку с супом. - Что сегодня было, Гарри?
- Ничего, - ответил он. - Семь часов караулил вход в Министерство. Никаких признаков, будто ее там и нет вовсе. Видел твоего папу, Рон. Он отлично выглядит.
Рон благодарно кивнул. Они согласились, что было бы слишком опасно попытаться сообщить о себе мистеру Уизли, когда он входил или выходил из Министерства, потому что его всегда окружали другие сотрудники. Но они чувствовали себя как-то надежнее и когда просто замечали его, даже если старший Уизли выглядел напряженным и озабоченным.
- Папа всегда говорил, что большинство сотрудников Министерства пользуются каминной сетью, чтобы попасть на работу, - напомнил Рон. - Вот поэтому мы и не видим Амбридж. Она ведь наверняка считает себя слишком большой шишкой, чтобы ходить пешком.
- А что про ту забавную колдунью и низенького колдуна в таких темно-синих мантиях? - напомнила Гермиона.
- Ну, да, про парня из Магического обслуживания, - сказал Рон.
- А откуда ты знаешь, что он работает в Магическом обслуживании? - Гермиона замерла с ложкой супа в руке.
- Папа говорил, что все из Магического обслуживания носят синие мантии.
- Что же ты нам-то не сказал!
Гермиона выронила ложку и бросилась к полке с записями и картами, которые они с Роном изучали перед приходом Гарри.
- Здесь нет ничего про синие мантии, ничего! - забормотала она, яростно перебирая листки.
А что, это так важно?!
- Рон, все важно! Знаешь, если мы собираемся проникнуть в Министерство и не собираемся попадать им в руки, когда они начнут преследовать нарушителей, нам нужно знать все, до самых мелких подробностей! Мы столько раз все это прокручивали… то есть, я хочу сказать, какой толк от всех этих наших вылазок, если ты даже не побеспокоился, чтобы сказать…
- Ну, послушай, Гермиона, я просто забыл какую-то мелочь…
- Ты хоть понимаешь, что для нас сейчас вообще может быть нет места опаснее во всем мире, чем Министерство магии…
- Я думаю, мы должны это сделать завтра.
Гермиона так и замерла с открытым ртом, Рон подавился супом.
- Завтра? - повторила Гермиона. - Ты серьезно?
- Абсолютно, - проговорил Гарри. - Мы не будем готовы лучше, чем сейчас, даже если еще месяц проведем перед входом в Министерство. Чем больше откладывать, тем дальше может оказаться медальон. Очень может быть, Амбридж уже сейчас его куда-нибудь сбагрила, он ведь не открывается.
- Если только, - продолжил Рон, - она не догадалась, как его вскрыть. Тогда она сейчас полностью подчиняется…
- Ничего ей не будет… Когда в тебе только зла… - пожал плечами Гарри.
Гермиона кусала губы в глубокой задумчивости.
- Мы знаем самое важное, - продолжал Гарри, обращаясь в Гермионе. - Мы знаем, что они наложили запрет на аппарирование в министерстве; мы знаем, что пользоваться каминной сетью из дома могут только те, кто занимают высокие посты, потому что Рон слышал, как на это жаловались те двое
*Unspeakables*. Мы примерно знаем, где находится кабинет Амбридж, поскольку ты слышала, что этот бородатый говорил…
- Я буду на первом уровне, Долорес хочет меня видеть, - немедленно процитировала Гермиона.
- Точно, - подтвердил Гарри. - И мы знаем, что для того, чтобы туда попасть, нужны эти смешные монетки, то есть жетоны, потому что я видел, как одна колдунья просила подругу одолжить ей…
- Но у нас нет ни одного!
- Если все пойдет по плану, мы их добудем, - спокойно возразил Гарри.
- Не знаю, Гарри, я не знаю… Может случиться столько всего, все может развалиться из-за любой мелочи. Мы так сильно полагаемся на удачу…
- Ничего не изменится, если даже мы еще месяц будем готовиться, - сказал Гарри. - Пора действовать.
На лицах Рона и Гермионы явно читался испуг; он и сам не был уверен в себе, но понимал твердо – пришло время осуществить их план.
Весь прошлый месяц они по очереди надевали Манию-невидимку и наблюдали за официальным входом в Министерство, о котором, благодаря мистеру Уизли, Рон знал с детства. Они следили за сотрудниками, входившими внутрь, подслушивали, о чем они говорят, и установили, кто из них точно приходит на работу один в одно и то же время. Иногда им предоставлялся шанс стащить Daily Prophet у кого-нибудь из порфеля. Результатом этих долгих наблюдений стали самодельные карты, которые лежали сейчас на столе перед Гермионой.
- Ну, хорошо, - медленно проговорил Рон. - Завтра, значит завтра. Я думаю, мы с Гарри…
- Слушай, не начинай снова! - простонала Гермиона. - Сколько можно, мы уже все решили.
- Болтаться в Мантии-невидимке возле входа – это одно, но сейчас… совсем другое, Гермиона, - Рон ткнул пальцем в Daily Prophet десятидневной давности. - Ты в списке маглорожденных, не пришедших на собеседование.
- А ты сейчас помираешь от
spattergroit*** в Норе. Если кто-то не должен идти, так это Гарри. За его голову назначена награда в десять тысяч Галлеонов…
- Ну и прекрасненько, тогда я останусь, - фыркнул Гарри. - Только вы уж мне сообщите, пожалуйста, когда покончите с Волдемортом!
Рон и Гермиона рассмеялись, и тут шрам Гарри напомнил о себе резкой болью. Его рука невольно дернулась ко лбу. Гарри заметил, что это заставило чуть прищуриться Гермиону, и попытался сделать вид, что он просто хотел откинуть волосы со лба.
- Если нам идти всем вместе, аппарировать придется по одному, - говорил в это время Рон. - Мы не поместимся под Мантией.
Боль становилась все сильнее и сильнене. Гарри встал. К нему тут же подскочил Кричер.
- Хозяин не доел суп. Хозяину угодно тушеного мяса, или может быть любимого торта с патокой?
- Спасибо, Кричер, я… мне… надо в туалет. Я сейчас.
Не упуская из виду внимательного взгляда Гермионы, Гарри поспешил вверх по лестнице в зал и дальше на первый этаж, где он бегом достиг ванной комнаты и захлопнул за собой дверь. Рыча от боли, он привалился к черной каменной ванне с кранами в форме змей с разинутыми ртами и закрыл глаза…
Он скользил по полутемной улице вдоль домов с высокими отделанными деревом фасадами, похожими на пряничные домики. Он подошел к одному из них, и Гарри увидел белую руку с длинными пальцами на фоне темной двери. Он постучал. Его волнение нарастало…
Дверь открылась. На пороге стояла смеющаяся женщина. Но стоило ей взглянуть в лицо Гарри, она преобразилась: веселье сменилось ужасом…
- Грегорович? - прозвучал высокий холодный голос.
Она покачала головой и сделала попытку закрыть дверь. Белая рука упиралась в нее крепко, не давая захлопнуться…
- Мне нужен Грегорович.
- Er wohnt hier nicht mehr! - закричала женщина, еще сильнее качая головой. - Он не жить здесь! Он не жить здесь! Я не знать его!
Она оставила попытки закрыть дверь и стала отступать вглубь темного зала, Гарри последовал за ней, и двигаясь вперед уже доставал своими длинными пальцами волшебную палочку.
Где он?
- Das weiff ich nicht! Он уезжать! Я не знать, я не знать!
Он поднял палочку. Она вскрикнула. Двое ребятишек вбежали в зал. Она попыталась заслонить их руками. Последовала зеленая вспышка…
- Гарри! Гарри!
Он открыл глаза; он лежал на полу в ванной. Гермиона снова застучала в дверь.
Гарри, открой!
Он был уверен, что что-то выкриривал. Он встал и отпер дверь. Гермиона ворвалась внутрь, на секунду потеряла равновесие, выпрямилась и подозрительно осмотрелась. За ней стоял Рон, он, казалось совсем потерял самообладание и беспорядочно направлял палочку то в один угол ванной комнаты, то в другой.
- Что ты делал? - сурово спросила Гермиона.
А что по-твоему, я мог делать? - переспросил Гарри с жалким подобием вызова.
- Ты так кричал, будто тебе отрывали голову, - пробормотал Рон.
А это… ну, я наверное задремал…
- Гарри, это просто оскорбительно! Думаешь, мы ничего не понимаем?! - сказала Гермиона, глубоко вздохнув. - Мы догадались, что твой шрам заболел, там, внизу. Ты был белый как полотно.
Гарри присел на край ванной.
- Прекрасно. Я видел, как Валдеморт убил женщину. Наверное, он убил всю ее семью. Ни за что. Как тогда Седрика. Просто они оказались, где не следовало…
- Гарри, ты не должен допускать, чтобы это повторялось! - Гермиона почти кричала, ее голос эхом отзывался в каменной ванной комнате. - Дамблор хотел, чтобы ты применял Occlumency! ОН думал, что эта связь может быть опасной – Волдеморт может использовать ее, Гарри! Какая прок от того, что ты видишь, как он пытает и убивает людей, разве это может помочь?!
- Это значит, я знаю, что он делает, - проговорил Гарри.
- Так ты даже не пытаешься закрыться от него?!
- Я не могу этого сделать, Гермиона! Ты же знаешь, Occlumency мне не дается. Я никогда не понимал как к этому приступить!
- Да ты никогда и не пытался! - горячо возразила она. - Я просто не понимаю – тебе что, нравится эта связь, эта родство, это… что бы это ни было…
Она осеклась от его взгляда. Гарри встал.
Нравится, да? - спросил он тихо. - А что, тебе бы нравилось?
Извини, Гарри! Пойми, я просто хотела…
- Да я ненавижу, я ненавижу, что он может проникать в меня, что я должен видеть его дела, все самые ужасные. Но это можно использовать.
- Дамблдор…
- Забудь про Дамблдора. Это мой выбор, мой и ничей другой. Я хочу знать, зачем ему нужен этот Грегорович.
Кто?
- Иностранец. Мастер волшебных палочек, - ответил Гарри. - Он сделал палочку Крума, и Крум считает, что эта палочка потрясающая.
- Но ты же сам говорил, - возразил Рон, - что Волдеморт держит Олливандера где-то под замком. Если у него уже есть один мастер, зачем ему другой?
- Может он, как и Крум, думает, что Грегорович лучше… а может, рассчитывает, что Грегорович объяснит, что произошло с моей палочкой, когда он преследовал меня. Олливандер этого не знал.
В треснутом запыленном зеркале Гарри увидел, что Рон и Гермиона обменялись недоверчивыми взглядами за его спиной.
- Ну, вот, ты опять рассуждаешь о том, что произошло с твоей палочкой, - тяжело вздохнула Гермиона. - Это была твоя заслуга! Почему ты так упорно отказываешься от своей же собственной силы?
- Потому что я знаю, что я здесь ни при чем! И Волдеморт, между прочим, тоже! Мы оба знаем, что было на самом деле!
Они глядели друг на друга, Гарри понимал, что не убедил Гермиону, и что она обдумывает, как ему возразить, возразить на теорию о палочках и на то, что он допускает Волдеморта в свое сознание. Но, на его счастье, вмешался Рон.
- Оставь это, пожалуйста, - попросил он. - Это его дело. Если мы собираемся завтра в Министерство, нам нужно как следует знать план, тебе не кажется?
С видимой неохотой Гермиона не стала продолжать, хотя Гарри был уверен, что при первой же возможности она вернется к этой теме. Тем не менее, они возвратились вниз, в кухню, где Кричер уже разложил по тарелкам мясо и поставил на стол торт.
Они сидели допоздна, вновь и вновь повторяя все детали своего плана, пока не смогли рассказать друг другу на память все с точностью до слова. Гарри, который спал теперь в комнате Сириуса, лег в постель, направив огонек из палочка на старую фотографию четырех друзей: его отца, Сириуса, Люпина и Петтигрю, и еще с десяток минут повторял план своих действий. Но когда он погасил свет, его мысли были далеки от Polyjuice Potion, Puking Pastilles и темно-синих мантий Магического обслуживания; он думал о мастере волшебных палочек Грегоровиче, и еще о том, как долго тот сможет скрываться, когда Волдеморт ищет его с такой решительностью.
Утро наступило, как показалось, слишком быстро.
Ну и видок у тебя, - приветствовал его Рон, входя в комнату, чтобы разбудить.
- Это ненадолго, - пробормотал Гарри, зевая.
Они нашли Гермиону уже в кухне. Кричер подавал ей кофе и горячие сухарики. Гарри показалось знакомым маниакальное выражение ее лица, она частенько выглядела так перед экзаменами.
- Мантии, - говорила она, тяжело дыша, отметив их появление нервным кивком головы и не переставая рыться в своей вышитой сумке. - Polyjuice Potion… Мантия-невидимка… Decoy Detonators… Вы тоже возьмите по парочке, на всякий случай… Puking Pastilles, Nosebleed Norgat, Extendable Ears…
Они проглотили завтрак и поспешили наверх. Кричер отвесил глубокий поклон и пообещал, что к возвращению их будет ждать пирок с почками и мясом.
- Милейшее создание, - произнес Рон с ноткой обожания в голосе. - Неужто я подумывал, чтобы отрезать ему голову и повесить на стену с другими…
Во всей возможной осторожностью они поднялись на верхнюю ступеньку. Отсюда была видна парочка Пожирателей с красными глазами, смотревших сквозь туман в направлении их дома.
Гермиона аппарировала вместе с Роном, затем вернулась к Гарри.
На короткие мгновения Гарри погрузился во тьму, где было почти нечем дышать, и оказался в небольшом переулке. Здесь должен был осуществиться первый этап их плана. Переулок был пуст, недалеко стояли два больших мусорных ящика; первые служащие Министерства появлялись здесь не раньше восьми.
- Как раз вовремя, - сказала Гермиона, глядя на часы. - Она должна здесь быть примерно через пять минут. Когда я Stunned ее…
Гермиона, мы знаем, - мрачно оборвал ее Рон. - Я думал, нам нужно открыть дверь до того, как она появится?
Гермиона охнула.
- Я чуть было не забыла! Отойдите…


Дискуссия

Blanca, 2007-08-05 23:24:

По поводу названия: если это надпись на камушке в министерстве (кажется), то лично у меня напрашивается ассоциация с каким-нибудь слоганом, something like this: Магия - сила.
Консультировалась по поводу might - сказали, что слово чаще имеет немного негативный оттенок. Не совсем согласна, но такое мнение тоже имеет место.

 
Бастет, 2007-08-06 02:43:

Я так сразу и написала :) Но в тот момент Министерство Магии было нацелено на получение именно власти. Эту непосредственную цель им и надо было бы указывать во всех надписях, лозунгах и т. п. А тот м-мм… монумент имел ярко выраженную идеологическую направленность. Сила - более размытое понятие, к тому же, сила, в их представлении, и так была на их стороне.

 
Blanca, 2007-08-06 11:25:

Тогда убрать «это» ) Слоган должен быть максимально коротким, только смысловая нагрузка. Имхо, естественно. Именно поэтому нравится Магия-сила, т.к. тогда она многое оправдывает и даёт право на власть. Спорить не буду - по ходу разберёмся.
Далее… Повторы в начале главы обусловлены текстом (каюсь, ещё не смотрела). Просто глаза несколько режет.

 
naddy, 2007-08-06 04:14:

Бастет, Алекто - это женщина. Вот отрывок 27-й главы НПиПП:

- Добрый вечер, Амикус, - спокойно сказал Дамблдор, как будто приветствовал его на чаепитии. – Ты и Алекто привел… замечательно…
Женщина злорадно усмехнулась.

На счет названия… У меня на языке крутилось что-то вроде «Магия всесильна» или «Магия - это мощь». Но тут и ты права: might может иметь значение власть.

 
alpaca, 2007-08-09 13:31:

Народ, по поводу Das weiff ich nicht! - тут не weiff, a weiss - «Я не знаю»

 
naddy, 2007-08-14 11:11:

точнее - weiß -)

 
YOUPPI, 2007-09-12 12:30:

А что если «В магии - сила»? :) почти как в пословице :)

 
 
hp7/ch12.txt · Последние изменения: 2007-08-04 00:00 (внешнее изменение)
 
Recent changes RSS feed Creative Commons License Donate Powered by PHP Valid XHTML 1.0 Valid CSS Driven by DokuWiki