Отъезд Дурсли

Переводчик: naddy Редактор: alpaca

Звук открывающейся двери эхом разнесся по лестнице, и кто-то завопил: «Эй! Ты!»

Шестнадцать лет подобного обращения не оставляли Гарри ни малейшего сомнения, кого звал его дядя; тем не менее ответил он не сразу. Он все всматривался в кусок зеркала, где на короткое мгновение ему почудился глаз Дамблдора. Но очередной дядин вопль «Парень!» заставил Гарри медленно встать и двинуться к выходу из своей комнаты, задержавшись, чтобы положить кусок разбитого зеркала в рюкзак – к остальным вещам, которые он собирался взять с собой.

«Что ты там копаешься!» – заревел Вернон Дурсли, когда Гарри, наконец, показался на лестнице. «Спускайся, у меня к тебе разговор!»

Гарри неторопливо сошел вниз, засунув руки глубоко в карманы джинсов. В гостиной он обнаружил семью Дурсли в полном сборе, все были одеты для путешествия: дядя Вернон в куртке из оленьей кожи на молнии, тётя Петуния – в скромном, но изящном розовом плаще, а Дадли, большой, белокурый, накачанный двоюродный брат Гарри – в кожаном пиджаке.

«Что надо?» – спросил Гарри.

«Сядь!» – приказал дядя Вернон. Гарри удивленно поднял брови. «Пожалуйста!» – добавил дядя Вернон, морщась, словно от этого слова вдруг запершило в горле.

Гарри сел. Кажется, он знал, что будет дальше. Дядя принялся расхаживать по комнате, тятя Петуния и Дадли не сводили с него встревоженных глаз. Наконец, сморщив багровое лицо от напряжения, дядя Вернон остановился перед Гарри и заявил:

«Я передумал,» – сказал он.

«Вот так неожиданность,» – фыркнул Гарри.

«Не смей так себя вести…» – заверещала тётя Петуния, но дядя взмахом руки велел ей замолчать.

«Все это просто бред,» – продолжал дядя Вернон, поглядывая на Гарри маленькими поросячьими глазками. «Я решил, что не верю ни единому твоему слову. Мы остаемся, никуда мы не поедем».

Гарри взглянул на дядю со смешанным чувством изумления и раздражения. За последние четыре недели не было такого дня, чтобы Вернон Дурсли не менял своего решения, укладывая, раскладывая и перекладывая вещи в машину – в зависимости от настроения и веления сердца. Больше всего Гарри понравилось, как однажды дядя, не зная, что во время последних сборов Дадли положил в сумку свои гантели, попытался забросить ее обратно в багажник и свалился на землю, грязно ругаясь от боли.

«Ты утверждаешь,» – сказал Вернон Дурсли, опять принимаясь мерить шагами гостиную, «что мы – Петуния, Дадли и я – в опасности, исходящей от… от…»

»'Мне подобных', совершенно верно», - подсказал Гарри.

«Так вот, я не верю,» – повторил дядя Вернон, застыв перед Гарри. «Я полночи не спал, думал об этом, и пришел к выводу, что это все заговор, чтобы захватить дом».

«Дом?» – не понял Гарри. - «Какой еще дом?»

»Этот дом!» – завизжал дядя Вернон, на его лбу угрожающе забилась вена.» Наш дом! Цены на недвижимость в нашем районе взлетели до небес! Ты хочешь убрать нас с пути, а потом сделаешь какой-то фокус-покус, и, прежде чем мы узнаем, все документы окажутся на твоё имя…»

«Да вы в своем уме?» – взорвался Гарри. – «Заговор по захвату дома? Вы что, и впрямь такой тупой, каким кажетесь?»

«Не смей…!» – взвизгнула тетя Петуния, но Вернон опять лишь махнул рукой: кажется, неуважение к нему лично не имело такого значения, как опасность, с которой он столкнулся.

«Если вы вдруг забыли,» – сказал Гарри, - «то у меня уже есть дом, крестный оставил. Так что зачем мне этот? Ради счастливых воспоминаний?»

Наступила тишина. Гарри показалось, что последним доводом он убедил дядю.

«Ты предполагаешь,» – сказал дядя Вернон, опять принимаясь расхаживать по комнате, - «что этот Лорд Как-его…»

«Волдеморт», – нетерпеливо перебил Гарри, – «мы это уже сто раз обсуждали. «И я не предполагаю, это факт, Дамблдор говорил вам об этом прошлым летом, и Кингсли, и мистер Визли…»

Вернон Дурсли сердито встряхнул плечами, и Гарри догадался, что тот пытается избавиться от воспоминаний о нежданном визите двух взрослых волшебников, состоявшемся спустя пару дней с начала каникул Гарри. Появление на пороге Кингсли Шеклболта и Артура Визли повергло Дурсли в шок. Однако Гарри вынужден был признать, что мистер Визли однажды уже разнес полгостиной. Не стоило ожидать, что его появление обрадует дядю Вернона.

«Кингсли и мистер Визли тоже все объяснили,» – безжалостно продолжал Гарри. «Как только мне исполнится семнадцать, защитные чары, хранящие меня, перестанут действовать, что сделает уязвимыми и меня, и вас. В Ордене уверены, что Волдеморт будет на вас охотиться: может, чтобы пытками вырвать информацию о моем местонахождении, а может, просто надеется, что стоит лишь взять вас в заложники и я сам прибегу вас спасать».

Дядя Вернон и Гарри встретились глазами. Гарри мог поспорить, что в этот миг они задали себе один и тот же вопрос. Затем дядя Вернон снова принялся мерить шагами комнату, а Гарри подытожил: «Вам надо залечь на дно, а Орден предлагает свою помощь. Это серьезная защита, лучшая из возможных.»

Дядя Вернон не ответил, а продолжал расхаживать по комнате. За окном солнце низко склонилось над заборами Бирючинового проезда. Газонокосилка на соседской лужайке опять заглохла.

«Я думал, есть Министерство магии?» – неожиданно поинтересовался дядя Вернон.

«Есть,» – удивился Гарри.

«Но тогда почему они не могут нас защитить? Мы же невинные жертвы, в чем нас можно обвинить, разве только в укрывании меченого. Мне кажется, что мы-то точно имеем право на защиту правительства!»

Гарри не сдержался и рассмеялся. Как это было похоже на его дядю – возлагать надежды на руководящие структуры, даже в мире, к которому он питал лишь презрение и недоверие.

«Вы слышали, что сказали мистер Визли и Кингсли,» – ответил Гарри. – «Есть основания полагать, что в работу Министерства кто-то вмешивается».

Дядя Вернон зашагал к камину и обратно, черные усы колыхались в такт тяжелому дыханию, лицо оставалось багровым от напряжения.

«Ладно,» – согласился он, снова застыв перед Гарри. – «Ладно, предположим, только предположим, что мы примем вашу защиту. Но я что-то не пойму, почему нами не может заняться этот Кингсли…»

Гарри едва удержался, чтобы не закатить глаза. На этот вопрос он отвечал уже раз десять.

«Я же вам говорил,» – прошипел Гарри сквозь зубы, – «Кингсли охраняет маг… в смысле, вашего премьер-министра.»

«Вот именно! Значит, он – лучший!» – воскликнул дядя Вернон, указывая пальцем на пустой экран телевизора. Дурсли как-то заметили Кингсли в новостях, когда тот сопровождал премьер-министра во время его визита в больницу. Это, а также его умение одеваться подобно обычному магглу и в особенности его спокойная речь и низкий, обнадеживающий голос расположили семью Дурсли к Кингсли, как к ни одному другому волшебнику, хотя, надо признать, они никогда не видели его с серьгой в ухе.

«Так что он занят,» – сказал Гарри. – «Но Гестия Джонс и Дедалус Диггл вполне справятся с этой работой…»

«Если б хоть их резюме просмотреть…» – начал дядя Вернон, но тут у Гарри лопнуло терпение. Вскочив на ноги, он наступал на дядю, теперь уже сам тыкая пальцем в телевизор.

«Эти несчастные случаи вовсе не случайны – аварии, взрывы, крушения поездов или что там еще стряслось со времен последнего выпуска новостей. Люди исчезают и гибнут, и за всем этим стоит он – Волдеморт. Сколько раз вам повторять – он убивает магглов ради забавы. Взять даже туманы – их вызывают дементоры, и если вы вдруг забыли, кто это, спросите у своего сына!»

Руки Дадли взметнулись ко рту. Под пристальными взглядами Гарри и родителей он медленно опустил их и спросил: «Значит… есть еще дементоры?»

«Еще?» – рассмеялся Гарри. – «Кроме тех двоих, напавших на нас, ты хочешь сказать? Конечно, их больше, сотни, возможно даже тысячи к этому времени, учитывая, как они откормились страхом и отчаянием…»

«Ладно, ладно,» – сдался дядя Вернон. – «Я все понял…»

«Надеюсь,» – сказал Гарри, – «потому что как только мне исполнится семнадцать, все они – Пожиратели Смерти, дементоры, возможно даже инфери, то есть трупы, управляемые темным магом, – смогут вас обнаружить, а, значит, напасть. И если вспомнить, как в последний раз вы пытались избавиться от волшебников, то можно с уверенностью сказать: помощь вам нужна.»

На короткое мгновение наступила тишина, в ней сквозь прошедшие годы эхом донесся стук входной двери, падающей под натиском Хагрида. Тятя Петуния смотрела на дядю Вернона, Дадли уставился на Гарри. Наконец, дядя Вернон не выдержал: «Но как же моя работа? А учеба Дадли? Вряд ли это что-то значит для кучки бездельников-колдунов…»

«Да как вы не понимаете?» – заорал Гарри. – Они будут вас пытать и убьют, как когда-то убили моих родителей!»

«Папа,» – громко проговорил Дадли, – «папа, я еду с этими людьми из Ордена.»

«Дадли,» – отозвался Гарри, – «впервые в жизни ты сказал что-то дельное.»

Он знал, что выиграл этот бой. Если уж Дадли так испугался, что готов принять помощь Ордена, то родители поедут с ним. Не могло быть и речи, чтобы они расстались со своим Дадасиком. Гарри взглянул на часы на каминной полке.

«Они будут здесь минут через пять,» – напомнил он и, когда никто из Дурсли не ответил, вышел из комнаты. Близившееся прощание – возможно, навсегда – с тетей, дядей и двоюродным братом его ничуть не тяготило, и тем не менее в воздухе застыла некая неловкость. Что еще можно сказать друг другу после шестнадцати лет сплошной неприязни?

Ожидая в своей комнате, Гарри бесцельно вертел в руках рюкзак, затем протолкнул пару совиных орехов между прутьями клетки Гедвиги. Они глухо стукнули о дно клетки, но она не обратила на них внимания.

«Мы скоро уезжаем, теперь уже скоро!» – пообещал ей Гарри. – «И тогда ты снова сможешь летать».

В дверь позвонили. Гарри колебался минуту, но потом снова вышел из комнаты и спустился вниз: было бы слишком наивно надеяться, что Гестия и Дедалус справятся с Дурсли сами.

«Гарри Поттер!» – пискнул восхищенный голос, как только Гарри открыл дверь; на пороге маленький человек в лиловом котелке склонился перед ним в глубоком поклоне. – «Какая честь для нас!»

«Спасибо, Дедалус,» – сказал Гарри и смущенно улыбнулся темноволосой Гестии. «Хорошо, что вы за это взялись… они вон там, мои тетя, дядя и двоюродный брат…»

«Приветствуем вас, родственники Гарри Поттера!» – счастливо воскликнул Дедалус, проходя в гостиную. Дурсли же совсем не выглядели счастливыми, услышав подобное обращение; Гарри опасался, что они снова передумают. Дадли при виде волшебников прижался поближе к маме.

«Я вижу, все собрали вещи и приготовились. Замечательно! Как вам сообщил Гарри, план предельно прост,» – Дедалус вытащил из жилета громадные карманные часы и сверился с ними. «Мы уедем первыми, потом Гарри. Использовать магию в вашем доме небезопасно – Гарри еще несовершеннолетний, для министерства это может служить поводом для его ареста. Мы уедем на машине, примерно миль на десять, а потом дезаппарируем в безопасное место, которое мы для вас выбрали. Я полагаю, вы умеете водить машину?» – вежливо поинтересовался он у дяди Вернона.

«Умею ли я?.. Черт побери, конечно, я умею водить машину!» – фыркнул дядя Вернон.

«Вы, должно быть, очень умны, сэр. Лично я бы ногу сломал со всеми этими кнопками и рычагами,» – ответил Дедалус. Очевидно, он хотел польстить Вернону Дурсли, но тот, похоже, терял веру в план с каждым словом Дедалуса.

«Даже водить не умеет,» – прошептал он себе под нос, усы задрожали от негодования, но, к счастью, Дедалус и Гестия его, кажется, не услышали.

«Ты, Гарри,» – продолжал Дедалус, – «подождешь здесь свою охрану. План немного изменился…»

«То есть?» – встревожился Гарри. – «Я думал, приедет Mad-Eye и мы совместно аппарируем…»

«Нельзя,» – отрезала Гестия. – »Mad-Eye объяснит».

Дурсли, следившие за разговором с видом полного непонимания на лицах, подскочили, когда кто-то завизжал: »Пошевеливайтесь!». Гарри обшарил взглядом комнату, пока не понял, что звук исходит от карманных часов Дедалуса.

«Тоже верно, у нас очень плотный график,» – Дедалус кивнул часам и спрятал их в жилет. – «Мы хотим согласовать твой отъезд из дома и дезаппарирование твоих родственников, Гарри; таким образом, чары перестанут действовать, когда вы будете на пути в безопасное место». Он повернулся к Дурсли: «Ну что, с вещами на выход?»

Никто не ответил: дядя Вернон в шоке уставился на карман жилета с часами.

«Дедалус, может, лучше подождем на улице?» – пробормотала Гестия: она явно считала, что с их стороны будет крайне неудобно оставаться в комнате во время нежного прощания Гарри с семьей Дурсли, которое, возможно, будет сопровождаться слезами.

«Да не стоит,» – промямлил Гарри, но все объяснения стали лишними, когда дядя Вернон громко отрезал: «Ну что ж, парень, тогда счастливо оставаться.»

Он протянул Гарри правую руку, но, кажется, в последний миг не выдержал, просто сжал пальцы в кулак и затряс им вперёд-назад, словно метроном.

«Готов, Дидди?» – спросила тетя Петуния, суетливо поправляя застежку на сумочке, словно избегая смотреть на Гарри.

Дадли не ответил, он застыл на месте с приоткрытым ртом, чем-то напоминая Гарри великана Грохха.

«Тогда пошли,» – сказал дядя Вернон. Он уже был у порога, когда Дадли пробормотал: «Я не понимаю.»

«Чего ты не понимаешь, Попульчик?» – тетя Петуния вопросительно взглянула на сына.

«Почему он не едет с нами?»

Дядя Вернон с тетей Петунией застыли на месте, пораженно глядя на Дадли, словно он вдруг заявил, что хочет стать балериной.

«Что?» – воскликнул дядя Вернон.

«Почему он тоже не едет?» – повторил Дадли.

«Ну, он… он не хочет,» – ответил дядя Вернон, потом оглянулся на Гарри и добавил: «Ты же не хочешь?»

«Ни грамма,» – подтвердил Гарри.

«Вот видишь,» – сказал дядя Вернон Дадли. – «Так что пошли, мы уезжаем.»

Он вышел из комнаты; было слышно, как открывается парадная дверь, но Дадли так и не шелохнулся, а после пары нетвердых шагов тетя Петуния тоже остановилась.

«Что опять?» – рявкнул дядя Вернон, снова показавшись в дверях.

Похоже, Дадли не хватало слов, чтобы выразить одолевавшие его сомнения. После минуты явно болезненной внутренней борьбы он произнес: «Но куда же он тогда поедет?»

Тетя Петуния и дядя Вернон переглянулись. Дадли их явно пугал. Гестия Джонс нарушила тишину.

«Но… вы, конечно, знаете, куда поедет ваш племянник?» – удивленно спросила она.

«Конечно, знаем,» – отмахнулся дядя Вернон. – «Уедет с кем-то из ваших, не так ли? Хорошо, Дадли, полезай в машину, ты слышал, что сказал дяденька: времени в обрез».

Дядя опять зашагал к выходу, но Дадли оставался на месте.

«Уедет с кем-то из наших?» – возмутилась Гестия. Гарри не впервой было видеть подобную реакцию: ведьмы и волшебники всегда поражались, что его ближайшие живые родственники питают так мало интереса к знаменитому Гарри Поттеру.

«Все нормально,» – успокоил ее Гарри. – «Не обращайте внимания, честно.»

«Не обращать внимания?» – спросила Гестия, угрожающе повышая голос. – «Разве эти люди не понимают, через что ты прошел? В какой ты опасности? Какое особое место ты занимаешь в сердцах борцов против Волдеморта?»

«Э… нет,» – ответил Гарри. «На самом деле они считают меня пустым местом, но я привык…»

«Я не считаю, что ты пустое место.»

Если бы Гарри не видел, как шевелились губы Дадли, то подумал бы, что ему послышалось. Прошло несколько секунд, прежде чем он осознал, что слова произнес именно его братец; Дадли бросило в краску. Да и сам Гарри был смущен и поражен.

«Ну… это… спасибо, Дадли.»

Опять казалось, что Дадли мучают мысли, слишком сложные, чтобы выразить словами; наконец он выдавил из себя: «Ты спас мне жизнь».

«Не совсем,» – сказал Гарри. «Дементору была нужна твоя душа».

Он с любопытством взглянул на двоюродного брата. В сущности, они почти не виделись этим летом, так же, как и прошлым, во время его короткого пребывания в доме на Бирючиновом проезде, когда он большую часть времени проводил в своей комнате. Однако теперь до Гарри дошло, что чашка холодного чая, на которую он наступил утром, возможно, вовсе не была дурацкой ловушкой. Хотя это его и тронуло, тем не менее, он с облегчением заметил, что у Дадли, кажется, истощились способности изливать чувства. Открыв рот раз-другой, Дадли с багровым лицом замер в тишине.

Тетя Петуния разрыдалась. Гестия Джонс взглянула на нее с одобрением, быстро сменившимся негодованием, когда тетя Петуния бросилась обнимать не Гарри, а Дадли.

«Т-так мило, Дадик…» – всхлипывала она на его массивной груди, - «т-такой хороший м-мальчик… с-сказал спасибо…»

«Но ведь он не сказал спасибо!» – возмутилась Гестия. «Он сказал, что не считает Гарри пустым местом!»

«Да, но для Дадли это все равно что признание в любви,» – объяснил Гарри, разрываясь между раздражением и желанием расхохотаться, глядя, как тетя Петуния продолжает цепляться за Дадли, словно тот только что вытащил Гарри из горящего дома.

«Так мы едем или нет?» – взревел дядя Вернон, в который раз показываясь в дверях гостиной. «Мне казалось, у нас мало времени!»

«Совершенно верно,» – сказал Дедалус Диггл; он с изумлением следил за этими взаимными излияниями и, похоже, только сейчас пришел в себя. «Действительно пора уходить. Гарри…»

Он легко шагнул вперед и сжал руку Гарри в своих:

«… желаю удачи. Надеюсь, мы еще увидимся. На тебя уповает весь волшебный мир».

«О», – растерялся Гарри, - «да. Спасибо.»

«Прощай, Гарри,» – сказала Гестия, в свою очередь крепко пожимая его руку. – «Мысленно мы всегда с тобой».

«Надеюсь, все будет хорошо», – ответил Гарри, поглядывая на тетю Петунию и Дадли.

«О, я уверен, что мы подружимся,» – радостно сказал Дедалус, приподымая котелок на выходе из гостиной. Гестия последовала за ним.

Дадли мягко высвободился из объятий матери и направился к Гарри; тот еле удержался, чтобы не попугать его магией. Затем Дадли протянул ему большую розовую руку.

«Чтоб мне провалиться!» – воскликнул Гарри, а тетя Петуния опять зарыдала, – «Дадли, неужто дементор вдохнул в тебя кого-то другого?»

«Не знаю,» – пробормотал Дадли. – «Увидимся, Гарри.»

«Ага…» – ответил Гарри, пожимая руку Дадли. – «Возможно. Береги себя, Большой Дэ».

Дадли почти улыбнулся и затопал из комнаты. Гарри слышал его тяжелые шаги на мощеной гравием дорожке, затем хлопнула дверца машины.

Тетя Петуния, рыдающая в платок, оглянулась на звук. Похоже, она не ожидала очутиться наедине с Гарри. Торопливо спрятав мокрый платок в карман, она сказала: «Ну… прощай» и зашагала к двери, даже не посмотрев на него.

«Прощайте», – ответил Гарри.

Она остановилась и оглянулась. На миг у Гарри возникло странное чувство, что она хочет ему что-то сказать: этот необычный, робкий взгляд говорил лучше слов, уже готовых сорваться с губ, но затем, чуть качнув головой, он заторопилась прочь, вслед за мужем и сыном.

Имена собственные и термины

Arthur Weasley – Артур Визли
Death Eaters – Пожиратели смерти
Dedalus Diggle – Дедалус Диггл
Dementor - дементор
Diddy - Дидди
Diddykins - Дадасик
Disapparating - дизаппарирование
Dudders - Дадик
Dudley - Дадли
Dumbledore - Дамблдор
Dursley - Дурсли
Grawp – Гроп
Hedwig - Гедвига
Hagrid - Хагрид
Hestia Jones – Гестия Джонс
Inferi - инфери
Kingsley Shacklebolt – Кингсли Шеклболт
Mad-Eye - Шизоглаз
Petunia - Петуния
Popkin - Попульчик
Privet drive – Бирючинов проезд
Vernon - Вернон
Voldemort - Волдеморт


Дискуссия

Terzino, 2007-08-03 09:17:

Не, ну «Дёсли» - это уже перебор:) Тогда уж «Дёзли» надо (потому что s в данном случае звонко произносится) =)

 
naddy, 2007-08-03 13:33:

Сорри, подняла материалы шестой книги, там было Дурсли, так что меняю.

 
alpaca, 2007-08-10 14:12:

Naddy, я тут потихоньку кропаю - редактирую, но совсем понемногу, т.к. перевод мне очень нравится. Если что не так, говори.

 
naddy, 2007-08-11 08:22:

У меня могут быть проблемы с русским (маловато практики общения, изучала в школе давно и недолго). Иногда проскакивают украинские слова, но это я стараюсь сама отлавливать. В переводе посмотри варианты ласкательных имен для Дадли, может, придумаешь что-то другое.

 
alpaca, 2007-08-11 10:24:

Ого, и это называется «проблемы с русским» ;-) Пока я только кое-где акценты усиливаю (как с «Сядь» в случае дяди Вернона - более безапеляционно, чтобы было понятно, на что Гарри так среагировал).
Вот бы что обсудить: мне не очень нравится название главы. М.б., «Отъезд семьи Дурсли»? - но так слишком официально. Либо снизить штиль - «Отъезд Дурслей» - просклонять их, хоть это и просторечно.

 
naddy, 2007-08-14 11:07:

Не знаю, я при переводе стараюсь держать ритм оригинального текста, потому выбрала «Отъезд Дурсли». Фамилии на -ley в английском не склоняются, смешно получится -). Была еще идея «Дурсли уезжают», но при этом сразу наркоманы вспоминаются -)))

 
alpaca, 2007-08-18 12:08:

Уффффф, всё. Название оставила, как есть (понятно, что -ley не склоняются, я думала поиграть со штилем, но здесь, наверно, действительно не надо; «уезжающие Дурсли» звучит красиво, но разделяю твои опасения ;-)). Если поправила что-то не так, говори.

 
Nally, 2007-08-28 12:44:

Ребят, давайте все же диалоги по-русски оформлять: без кавычек. Кстати, насчет склонений: помнится, была у кого-то «Тетка Чарлея» - это та, с которой «Здравствуйте, я ваша тетя» писалась. Так что…
Да, и Weasley по-моему всю жисть Уизли, а никак не Визли.

 
alpaca, 2007-08-29 13:29:

Налли, имена собственные я не правила принципиально в ожидании общей редактуры по окончании перевода. По поводу оформления диалогов Вы, конечно же, правы. Переделаем.

 
 
hp7/ch3.txt · Последние изменения: 2007-08-30 00:00 (внешнее изменение)
 
Recent changes RSS feed Creative Commons License Donate Powered by PHP Valid XHTML 1.0 Valid CSS Driven by DokuWiki